ПОСЛЕСЛОВИЕ

Каждая научная работа должна содержать новое знание, иначе она не является собственно научной. Исходя из этого, мы и хотели бы пояснить, что нового заключено в данной монографии.

Краткое указание на полученные новые результаты представляет собой, конечно, определенное огрубление. Но в качестве только указания на суть дела, если учесть, что сама суть дела раскрывается в книге в це­лом, перечисление новых результатов (при этом неиз­бежно перечисляются лишь некоторые из них) допусти­мо: оно облегчает понимание.

В книге «Логика «Капитала» К. Маркса» (1968) и примыкающем к ней цикле статей о «Капитале» мы выдвинули свою интерпретацию логики «Капитала» и представили ее обоснование. Длительное время эту ин­терпретацию практически совсем не признавали, лишь в последние годы положение стало изменяться. В упо­мянутых работах систематически доказывалось, что диалектико-материалистическая логика в корне отли­чается от идеалистической логики Гегеля, что последняя внутренне связана с метафизикой, что диалектико-материалистическая логика и по строению отличается от идеалистической логики Гегеля. Вместе с тем обнару­жились и большие, чем до того представляли, глубина и содержательность логики Гегеля. Так, если брать лишь общее членение этой логики (на бытие, сущность, явление, действительность), то оно оказалось сходным с общим членением большого витка трехвитковой логики, присутствующей в «Капитале» К. Маркса, и с об­щим членением каждого из остальных витков. Сфера бытия есть в логическом аспекте сфера поверхности, простейшего отношения, а в историческом — сфера предпосылок, начала процесса развития.

В ходе этого исследования нами было выявлено и членение процесса развития на стадию предпосылок (начала), стадию первоначального возникновения, стадию формирования и стадию зрелости (если иметь в виду только прогрессивное развитие).

Почти одновременно мы обнаружили, что деление на сферы бытия, т. е. простейшего отношения..., сущно­сти, явления, действительности позволяет выявить логи­ку зрелого человеческого общества, а деление на пере­численные выше стадии — логику истории человече­ства1.

Оказалось возможным рассмотреть человеческое об­щество как органическое целое, а его историю как историю его начала (предпосылок), первоначального воз­никновения сущности, формирования и зрелости. При этом открылись и более специфические возможности.

Во-первых, впервые появилась возможность вычле­нить простейшее отношение человеческого общества и отличить его от сущности. Впервые появилась необходи­мость уточнить понимание сущности человека, отличить сущность от явления и действительности. Положение К. Маркса, выдвинутое им в 1845 г. в «Тезисах о Фей­ербахе», о том, что сущность человека «в своей дейст­вительности ... есть совокупность всех общественных отношений» [1, т. 3, с. 3], стало необходимым уточнить, выделив собственно сущность человека в отличие от яв­ления и действительности2. Впервые можно было сис­тематически, целостно представить человеческое обще­ство как единство биологического и социального.

Во-вторых, упомянутое членение на стадии процесса развития позволило по-новому представить историю человечества, ее периодизацию. В чем состоит новизна такой периодизации и такого взгляда на историю? В том, что до сих пор общее в истории человечества рассматривается как выделенная путем сравнения раз­личных стадий некая неизменная одинаковость. Так по­нимаются производство вообще, распределение вообще, потребление вообще, обмен и обращение вообще, про­изводительные силы вообще, производственные отноше­ния вообще. Производительные силы как таковые, производственные отношения как таковые, диалектика их как таковая, способ производства (единство производи­тельных сил и производственных отношений) как тако­вой и т. д. воспринимаются в качестве неизменных. В различных формациях стремятся искать в качестве основания их периодизации некое неизменное основа­ние, некие неизменные черты способа производства... Классификация считается последовательной, если она осуществляется на одном основании.

Наш подход заключается в том, чтобы впервые при­знать изменение, развитие в истории не только отдель­ного, единичного, особенного, но и общего. Отсюда сле­дует, что периодизация истории должна осуществляться в соответствии с изменяющимся, развивающимся осно­ванием периодизации. В истории человечества изменя­ется, развивается не только конкретное содержание производительных сил, производственных отношений, их диалектики, надстройки, форм общественного созна­ния..., но и производительные силы как таковые, их ком­поненты как таковые, производственные отношения как таковые и т. д. Например, К. Маркс во Введении к эко­номической рукописи 1857—1858 годов анализирует общее отношение производства, потребления, распре­деления, обмена и обращения: это на самом деле не просто выделенное путем сравнения общее, но общее, которое несет на себе неизгладимую печать капиталис­тического этапа развития. Более того, внимательный читатель может заметить, что так представлен в нашей книге даже труд вообще.

В-третьих. Теперь можно уточнить наше отношение к формационному подходу. Членение истории на обще­ственно-экономические формации по способу производ­ства вполне правомерно, но, на наш взгляд, односто­ронне. Если, как это рассматривается в предлагаемой читателю книге, способ производства есть сущность, внутреннее,   общества,   а   внутреннее,   сущность, не существует без внешнего, без внешнего внутреннее, сущность, уже не предстает для познающего внутрен­ним, сущностью, то периодизация истории должна про­исходить на основе единства внутреннего и внешнего, существенного и несущественного и т. д., т. е. по ста­диям процесса развития, как единство природного (в том числе биологического) и социального, как процесс воз­никновения социального из природного и преобразования природного социальным. В противном случае неиз­бежно недооценивается, недостаточно верно понимает­ся роль природного (в том числе биологического) в об­ществе и в истории общества. Природное (в том числе биологическое), конечно, признается как факт, и, конеч­но, признается также взаимодействие природы и обще­ства. Однако природное (в том числе биологическое) не включается органически в целостное, систематичес­кое понимание общества и его истории.

Мы не будем продолжать далее пояснение новых ре­зультатов. Заметим лишь еще, что развиваемый в книге подход, по нашему мнению, является более общим, чем материалистическое понимание истории. Материалисти­ческое понимание истории есть научная истина, и поэтому дальнейшее развитие науки не может полностью устранить его, но может уточнить условия его приме­нимости в том случае, если переходят к рассмотрению более широкого круга условий.

Материалистическое понимание истории, как и его противоположность — идеалистическая трактовка исто­рии (трактовка ненаучная по своей сути), имеет своей основой общественное разделение труда на физический и умственный труд. Общественное разделение на физический и умственный труд возникает не сразу с образо­ванием человечества, своей классической, развитой формы оно достигает при капитализме (при капитализ­ме и создаются возможности для его вполне научного осознания и для образования научной концепции исто­рии — ее материалистического понимания, что и было реализовано К. Марксом и Ф. Энгельсом), это разде­ление не будет существовать и на высшей фазе комму­низма. Уже в капиталистическом, а тем более в соци­алистическом обществе вырисовывается реальность преодоления в будущем разделения физического и ум­ственного труда. И если встать на точку зрения высшей фазы коммунизма, то тогда представляется ясным, что нынешний основной вопрос философии перестанет быть вопросом, проблемой. Видеть перспективу необходимо. Человек одухотворенно живет не только прошлым и настоящим, но и будущим. Однако до тех пор, пока существует разделение на физический и умственный труд, сохраняются и разделение на материализм и идеализм, и необходимость борьбы материализма и идеализма, сохраняется и необходимость в разработке материалистического понимания истории в противопо­ложность ее идеалистическому истолкованию и в борьбе с последним. Но все же будущее не должно быть забы­то. Ведь уже ныне созревают условия для него. Теоре­тическое предвосхищение будущего общества необходи­мо для освещения практической борьбы за него, для того, чтобы она была не слепой или подслеповатой, а осознанной и вдохновенной.

Научно-теоретическое осмысление развития общест­ва показывает, что общий ход истории через зигзаги, случайности, перерывы необходимо ведет к коммунизму. Эта необходимость сама возникает, формируется, раз­вивается. Притом она развивается, осуществляется не помимо людей, а в их деятельности и через нее, как результирующая их деятельности, совершающейся при определенных условиях. Так, ныне человечество в ходе своей деятельности, с одной стороны, развилось на­столько, что создало во всемирно-историческом масшта­бе реальные возможности для овладения в своих инте­ресах земными условиями, тем лоном, в котором оно возникло, а с другой стороны, созданные человечеством и чуждые ему силы стали настолько мощными, что они угрожают самому его существованию.

Более бросается в глаза угроза военного, немирного самоистребления человечества. Одновременно сформи­ровывается и менее явная, но тоже смертельная угроза удушения человечества мирным путем, прежде всего и главным образом отрицательными последствиями его взаимодействия с природой.

Таким образом, перед людьми как вопрос жизни и смерти встал вопрос подчинения себе сил, созданных ими, ставших им чуждыми и смертельно враждебными. Поэтому в конечном счете определяющее значение для решения вопроса: быть или не быть человечеству — имеет борьба за создание коммунистического общества.

 

1 Кратко эти мысли были опубликованы нами позднее в бро­шюре «Диалектика исторического процесса и методология его ис­следования» (1978).

2 Слово «действительность» в «Тезисах о Фейербахе» употреб­ляется в противоположность недействительности сущности чело­века как абстракта, присущего индивиду, а не как единство сущ­ности и явления.